| |
Испанцы и австрийцы
Итальянцы вообще и миланцы в частности больше всего любят именно бурную эпоху Висконти, Сфорца и им подобных. Наверное, потому, что закончилась она длительными Итальянскими войнами между Испанией, Францией и различными европейскими государствами, шедшими на полуострове с конца xv до середины xvi столетия. Милан принял в них активное участие, несколько раз переходил из рук в руки, пока Ломбардия не стала провинцией Священной Римской империи под управлением наместника, назначаемого императором, он же - по совместительству - испанский король.
При испанцах, наследовавших им австрийцах и вплоть до Наполеона Милан застраивался с величайшим вкусом и тактом, о чем еще свидетельствуют некоторые улицы между Оспедаде-Маджоре, палаццо Борромео и Сант-Эусторджо. Можно потратить целые дни в поисках фасадов и двориков, построенных тонким Брамапте и бесчисленными мастерами ломбардского «брамаптизма» начала XVI века. Дольше, чем другие итальянские города. Милан оставался именно архитектурным городом. Еще в конце xv века его украшали терракотовыми рельефами Солари и Амадео; «брамантесков» сменили Пеллег-рини и Галеаццо Алесси; Рикини ознаменует Милан барокко, а Пьер-марини - Милан неоклассицизма. При испанцах Милан получил новые стены, совпадающие с нынешней окружной автострадой. Навильо огибал парки, сады, сами стены домов и делил жизнь города на народную, близ Сан-Надзаро и Сан-Лоренцо, и аристократическую, в районе Санта-Мария-делла-Пассьоне.
Испанские власти, как и у себя дома, непомерными пошлинами отбивали у практичных миланцев всякую охоту развивать успехи промышленности и торговли, достигнутые в период независимости. Механическое сукноделие, появившееся здесь на век раньше, чем в Англии, в отличие от последней, не стало основой для бурного экономического роста и уж тем более промышленной революции. Милан при испанцах - город застойный, тот самый старый добрый Милан, о котором тоскуют итальянские интеллектуалы XX века, - плоды их ностальгии легко найти на прилавках букинистов. Этот Милан выведен в эпических «Обрученных» Алессандро Мандзони.
|
|
